А к Рождеству 2011 Роберто Чипрессо и команда Achaval Ferrer получили один из самых желанных подарков для любого винодела мира – 99 баллов за Finca Altamira 2009. И снова мальбек, и снова (конечно!) со старых, восьмидесятилетних лоз. И снова – на своих собственных корнях, без американского подвоя (кто знает, о филлоксере, тот поймет). Хозяйство шло к этому результату с 1998 года, когда несколько партнеров собрались вместе, чтобы приобрести виноградники у предгорьев Анд в Мендосе. Что же это за загадочный виноградник, который способен давать подобные вина? Виноделие Мендосы очень плотно подходит к тому моменту, когда «крюшные» single-vineyard вина станут чем-то само собой разумеющимся.  Имя этому винограднику – Ля Консульта (La Consulta), находится в «модной» долине Уко (Uco), на юге Мендосы, в 60 км от основных субрегионов (Agrelo, Perdriel, Lujan de Cuyo). Ля Консульта – пожалуй, один из самых знаменитых виноградников Мендосы: как и в Бургундии, вино с этой территории делают несколько хозяйств. Именно здесь неслучайно «поселился» и Мишель Роллан со своими Clos De Los Siete. И именно в Уко находятся десятки топовых хозяйств страны.

Воспитанному на топовых Брунелло и Петрюсе,  Чипрессо не привыкать – но эта награда принадлежит всей Аргентине.

Как же рождается 99-балльный мальбек? В муках. В муках на высоте 1050 м над уровнем моря. В муках у заснеженных подножий Анд (в Уко они достигают недетской высоты 6.5 км, вместе с вулканом Тупунгато (Tupungato), который лишь немного уступает самому высокому пику Анд – Аконкагуа с высотой 6,9 км. Издевательски низкая урожайность (1.8 тонны на гектар!),  только ручной сбор, 100% новый французский баррик, в котором вино томится в течение 15 месяцев. Последователь максимальной природной экспрессии, Чипрессо свои вина не фильтрует вообще, иногда рискуя образованием осадка на дне бутылки. Однако игра стоит свеч – ведь за счет этого он сохраняет те мизерные количества тончайших ароматов, которые могут «отсеяться» на этапе фильтрации. Что и говорить перфекционисты остаются перфекционистами. Во всем.

И что же? А вот что получилось у Чипрессо с Altamira 2009:

«Темно-фиолетовое, почти черное вино с поразительной гаммой ароматов – черных ягод и специй, словно выскакивающих из бокала; этот мальбек с невероятным балансом задает высочайшую рамку для того, что может быть получено со старых лоз с экстремально низкой урожайностью и ручной работой высшего пилотажа в погребе» — так считает Джей Миллер в декабре 2011.

Поздравления Роберто Чипрессо, Сантьяго Ачавалю, Мануэлю Ферреру, Диего Россо и Марсело Виктории! Попробуем в 2040-м! С Рождеством!

Впрочем, эта история мало имеет общего с тем, как все было на самом деле — ни одного документального подтверждения легенды нет. Штифт Клостернебург – это, конечно не Шатонеф дю Пап, но по смыслу вполне себе близко, название означает «Монастырь Новый Замок», и когда-то это и правда была римская цитадель. Монастырь величаво стоит на холме, спускающемся к берегам Дуная (и всего-то 20 минут от центра Вены), а в его военные функции несложно поверить и сегодня – со стороны реки высоченные стены в несколько десятков метров точно бы дали жесткий отпор любому врагу.

Вероятно, это одна из самых крупных и старых виноделен Австрии. Отмечу, частных виноделен, ведь церковь здесь успешно отделена от государства. На территории монастыря есть ворота, заходить в которые вам никогда не разрешат – только если чудесным образом вступить в монашеский орден августинцев-каноников.

Заметьте, собственное вино здесь пили уже на церемонии открытия базилики в 1136 году, это значит, что замок делает вино уже на протяжении почти 900 лет: это раньше, чем начали заниматься вином знаменитые тосканские семьи вроде маркизов Фрескобальди.

Погружение в глубокие погреба монастыря-цитадели может быть небезопасно для страдающих клаустрофобией – здесь почти всегда холодно и темно; впрочем, по заверениям управляющих, технология хранения и выдержки вина находится на самом высоком уровне (хотя мне лично проверить это не удалось). Будучи одним из крупнейших хозяйств в Австрии, Stift Klosterneuburg производит чуть меньше миллиона бутылок в год – сравнительно небольшое количество по меркам других винодельческих стран (в Новом Свете при таких объемах вас можно было смело бы причислить к бутиковым хозяйствам). Но Клостернёбург не похоже на бутиковое хозяйство – ни по ощущениям, ни внешним видом. Как и тысячу лет назад, вино здесь – не «проект», а часть старинной культуры, хотя никто здесь не склонен скрывать и тот факт, что его производство является неплохим деловым подспорьем для монахов.

Чуть в отдалении от винных подвалов находится современная винотека хозяйства — ее не сложно заметить – броское слово VINOTEK зовет вниз по лестнице в магазин, где вино можно продегустировать и купить. Главные клиенты – вовсе не шумные группы оголтелых австрийских и немецких туристов пожилого возраста, слабо разбирающихся в вине. Сюда приезжают местные жители и венцы, чтобы купить ящик-два достаточно дорогих вин (топовое Chorus стоит здесь в розницу €19, не так уж и мало по европейским меркам).

Когда туристы пакуются в автобусы и уезжают, есть возможность по-человечески пообщаться с местным сомелье и расспросить его о винах, равно как и распробовать около пятнадцати образцов, постоянно находящихся на дегустации.

Конечно, здесь традиционно ждешь качества белых вин – грюнер вельтлинер, рислинг. Честно скажу, ждать какого-то особого восторга от базовой линейки хозяйства не стоит — вина до 8 евро я бы назвал «употребимыми» для аудитории, которой не так уж важно, что в бокале (исключение — рислинг, шардоне и совиньон блан). А вот на категории Lagenweine уже стоит заострить внимание – тут тебе и роскошный Riesling Franzhauser 2010, и комплексный Grüner Veltliner Hengsberg 2010 и необычайный Weißburgunder Jungherm 2010.

Вероятно, интереснейшим сортом хозяйства является один из красных сортов — австрийцы называют его Сэнкт Лаурант, хотя возникает огромное желание называть его на французский манер (St Laurent), все же это родственник пино нуара. Этот сорт часто возделывают в Чехии, но австрийцы также считают его своим, родным, автохтонным. Благодаря капризности и натурально низкой урожайности, он никогда не был особенно популярен, однако в последнее десятилетие обрел новую жизнь. Название происходит от даты 10 августа (день Святого Лорана), когда ягоды этого сорта начинают набирать черный цвет (технически этот момент называется veraison). St Laurent – флагманский сорт хозяйства, который используется для производства как одноименного вина, так бордоского ассамбляжа Chorus — оба оставляют незабываемое ощущение, что лучшие вина Австрии вовсе не обязаны быть белыми.

Вероятно, это одно из самых заброшенных и одиноких винных хозяйств в мире. В 1000 километрах от Буэнос-Айреса, в 180 километрах от города Неукен на севере Патагонии. Да и сама эта Патагония… Многим она представляется смутными воспоминаниями из детства – дети капитана Гранта, загадочные ледники. До ледников, прямо скажем, отсюда очень далеко, а вот загадочная, чуть живая пустыня — налицо.

В 2010-м известный винный журналист из Wine Spectator Мэтт Крамер написал, посетив хозяйство: «Я все еще не могу взять в толк, почему они выбрали именно это место. Они могли с таким же успехом выбрать любое другое в радиусе ста миль вокруг».

Он был абсолютно прав — более экстремальным представляется виноделие только, например, в Сахаре или, что логичнее и ближе, в пустыне Атакама. Проект семьи Лосон из Буэнос-Айреса, начавшей высаживать лозы в пустынном регионе Ля Пампа в 180 километрах от города Неукен, где виноделие развивается как за счет гигантов вроде Fin del Mundo, так и за счет бутиковых хозяйств, уникален и по уровню сумасбродства и по неожиданно впечатляющим результатам.

Оглянуться вокруг – пустыня пустыней: плоская равнина на сотни километров, песок, камень, безжизненная глина, идеальный дом для ящериц. «Это место ничем не хуже для выращивания винограда, чем любое иное», – утверждает Армандо Лосон.

Глядя на снимки почв, которые были сделаны перед высадкой лоз, удивляешься — неужели это возможно? Но пригубив бокал каберне фран из линейки Desierto La Pampa, сомнения отпадают – еще как возможно. Это вино я впервые попробовал на ProWein 2011, оно же вдохновила и Мэтта Крамера. Как и Мэтт, я отметил прекрасное качество не только каберне фран, но и сира, и мальбека. Что именно в здешних скудных почвах придает винограду качества, сравнимые с терруарами, которые известны уже многие века. Даже как-то теряешься при мысли, что достойные вина могут рождаться в таких заброшенных местах.

Возможно, одним их важных факторов, которые позволяет делать здесь качественное вино, является сугубо континентальный климат региона: влажный воздух Атлантики сюда попросту не доходит, а тихоокеанские потоки блокируются Андами на западе. Высота над уровнем моря в данном случае не играет почти никакой роли (около 300 метров, смешная цифра по меркам Мендосы и, тем более, Сальты), горы отсюда тоже далековато. Как справедливо отмечают виноделы Аргентины, без воды все эти виноградники давно бы превратились в загибающиеся чахоточные растеньица. В данном случае, ирригация осуществляется из находящегося во владении семьи Лосон 35-миллионного резервуара.

Серьезность намерений доказывает и имя консультанта хозяйства — Пол Хоббс, эдакий аргентинский аналог Мишеля Роллана. Его, в свою очередь, привлек к проекту другой известный винодел — Марио Тосо. Пол, будучи родом из Калифорнии, сам владеет бутиковым хозяйством Cobos в Мендосе, и успевает консультировать с десяток других аргентинских хозяйств. Кажется, на 90 баллах вина этого хозяйства остановиться не должны.

AM

Concours Mondial de Bruxelles 2011. Более 7000 вин за три дня. Более 300 участников со всего мира. Оказалось, что судить винный конкурс – это вовсе не продегустировать несколько хороших вин, поставить оценку и расслабиться. Вина сюда, в целом, попадают довольно среднего (в лучшем случае) уровня. Кстати, на этом конкурсе от России мы участвовали вместе с Владимиром Цапеликом.

Что понимаешь почти сразу — важно умение держать себя в сосредоточенном состоянии на протяжении всей сессии – это значит, что нужно «сбрасывать» с себя впечатления обо всех винах, которые ты попробовал до того; во-вторых, большой опыт дегустаций важен, но не критично важен, здесь не нужно быть профессиональным сомелье, вслепую способным угадать сорт и регион. Вина дегустируются вслепую сериями (не знаю, как корректно перевести слово flight), т.е, например 10 белых вин, 10 игристых вин, 25 красных вин (красные обычно разбиты на серии из разных регионов). Не видишь ни производителя, ни региона.

В течение первой трехчасовой сессии я знакомился с техникой проставления баллов и старался определиться в соотношении оценок и качества вина, ведь вино более 85 баллов уже может претендовать здесь на серебряную медаль. Белые вина из Риас Байшас произвели положительное впечатление, но, как оказалось позже, переоценил я их тоже неплохо, с размаху. Ну да не беда, к концу сессии пообвыкся и стал более критичен. Стресс немного отошел, стало проще.

Сессия 2: из грязи в князи

Яркое солнце заливает площадку перед выставочным центром LuxExpo , где проходит конкурс. Во вторую трехчасовую сессию я пришел с легким страхом после не совсем удачной вчерашней  «пристрелки». У нас снова около 50 вин — сет белых вин, сет игристых (наконец-то; все с надеждой ждали, что выпадет оценивать шампанское, но судьба распорядилась иначе), и большой сет красных вин.

В отличие от первого дня сразу удалось избежать завышения оценок на первых винах — довольно ароматные, но плоские и однобокие совиньоны пролетают мимо высоких оценок, равно как и медалей. Кстати, о медалях. Оценка проводится по нескольким параметрам, которые в итоге суммируются в стобалльную шкалу. Параметры здесь такие – Intensity (интенсивность), Genuineness (подлинность, вызвавшая у меня лично наибольшие проблемы в понимании), Quality (качество), Persistence (длительность, устойчивость). Оценивается как нос, так и рот вина. Внешний вид в теории тоже оценивается, но в этом году было принято ставить всем винам максимальные 15 баллов за Limpidity+Sight, видимо, чтобы сосредоточиться на реально важных характеристиках.

Жюри – это около 300 человек, журналисты, критики, мастера вина, сотрудники виноторговых компаний. Каждый член жюри работает в группе из 5 коллег, в которой выбирается опытный глава группы, координирующий дегустацию. Вина, соответственно, у каждой группы свои: мы, конечно, ни за что бы не смогли попробовать все 7300 вин, сосредотачиваемся лишь на своей «квоте».

Все три часа проводим в боевом режиме, возглавляемые главой жюри из Румынии, которые настраивает на позитив и время от времени интересуется поставленными нами оценками, чтобы «сверить часы». На удивление, «часы» на этот раз сверяются довольно хорошо, оценки укладываются в общее русло, хотя есть и сильно выбивающиеся результаты. Время от времени начинаю «закручивать гайки» и ставлю меньше 75, когда у остальных 85. Не то чтобы я сильно из-за этого нервничаю, ведь, скажем, сосед-португалец относится к винам намного строже меня, а единообразие оценок – вовсе не цель конкурса, как раз наоборот.

Как я уже писал, вина в основном пробуются средне-паршивого уровня, с приятными, но достаточно редкими в серой массе сюрпризами. Среди вин второго дня десятка никчемных игристых из регионов, о которых я вообще впервые слышал, десять посредственных красных из Лангедока. Впрочем, на втором красном сете ждал приятный сюрприз — отличные по качеству сухие красные из Португалии.

К концу сессии вкусовые рецепторы уже ничего не воспринимают, стараешься прийти в себя, жуя любезно подложенные булочки и активно омываясь водой Sanpellegrino. Пить надо много и часто, равно как и омывать бокал, чтобы избавиться от аромата предыдущего образца, не всегда и приятного.

По скорости тут зевать особо не приходится, время ограничено, на одно вино уходит полторы-две минуты: нужно попробовать, поставить баллы и сдать листочек главе группы. Тот их в конце каждой части дегустации кладет в конверт и подписывает, чтобы потом передать организаторам.

Сессия 3: добро пожаловать в ад

Дегустаторы, которые прилетают судить CMB каждый день надеются, что сегодня-то уж точно им выпадут лучшие вина: если игристое — то шампанское, если красные — то Бордо хотя бы уровня крю буржуа; и так далее. Суровая действительность почти всегда грубо возвращает наивных на землю, а часто и закапывает по самое не хочу.

С нашей судейской бригадой из пяти человек это случилось на третий день, хотя первые два тоже не были подарком.

Главное открытие этого дня: если в бокале вы ощущаете заботливо набитую туда чуть подгоревшую гречневую кашу — это явный признак швейцарского пино нуар. У нас подгоревшая каша присутствовала во всех пятнадцати образцах, не спасал ни год, ни производитель, ни завлекающие надписи, вроде La Passion Assemblage des Cepages Nobles. Не хочу наговаривать на швейцарских виноделов, но часы в этой стране явно получаются лучше, чем пино нуар. Зато было несколько неплохих белых, как потом выяснилось, из Моравии.

Несмотря на жутковатые вина, сессию посчитал удачной с точки зрения оценки своих ощущений, особенно радовался румынский глава нашей группы — мол, вон как мы дружно выступаем. Впрочем, дружное выступление не является задачей конкурса: как раз вся суть и состоит в том, чтобы был набор разных мнений, где каждый участник выражает свое отношение к данному вину.

Здесь же, на последней сессии, объявили следующую страну, которой будет оказана честь принимать у себя Concours Mondial — в 2012 этим «осчастливят» Португалию, которая и так не знает еще, как глубоко ей предстоит залезать в европейский карман за помощью. Но раз уж решили, наверное есть тому резон. По крайней мере, с определенностью можно сказать то, что португальские вина последние годы показывают себя просто замечательно — во второй день у нас был вполне себе неплохой сет португальских красных, которые мне и запомнились из этого конкурса.

Напутствие будущему участнику

Пару слов тем, кого позовут впервые участвовать в конкурсе:

- никогда не отказывайтесь: здесь приобретете кучу контактов и полезных знакомств, ведь помимо конкурса, организаторы всячески будут «гулять» вас по местным хозяйствам, потчевать и угощать очень даже хорошей едой и вообще, холить и лелеять; кстати, сама организация выстроена на очень высоком уровне, это касается и транспорта, и информационных материалов, и всего остального.

- изучите лист оценки вин еще дома, посчитайте, сколько баллов будет получаться в разных ситуациях, это особенно полезно, чтобы сравнивать себя с другими членами жюри. Метод вычитания работает быстрее всего – сначала посчитать, сколько баллов получается, если дать все оценки одного уровня, а потом вычитать или прибавлять к этой оценке, то, что не вошло в канву. Не то, чтобы это должно влиять на оценку вина, но так лучше понимаешь, как оценивают другие.

- перед началом каждой сессии подписывайте сразу все листы оценок, чтобы экономить время во время дегустации.

- ставьте такие оценки, которые считаете нужными, попытки главы жюри влиять на ваши оценки можно, в принципе, игнорировать.

На днях Стивен Танзер, известный американский винный критик и основатель The International Wine Cellar, продегустировал вина почти ста аргентинских хозяйств. Среди лучших  Catena Zapata, Colomé, Poesía, Viña Alicia и Noemia.

«В США имеется практически неограниченный выбор вин на любой вкус и в любой ценовой категории. Аргентина занимается пятое место как производитель вина в мире, следуя за Францией, Италией, Испанией и США. Наряду с Испанией, Аргентина является источником действительно качественных и, одновременно, доступных вин, так же как и более дорогих образцов. Большинство из лучших вин Аргентины родом из Мендосы, полузасушливой области с высокими дневными, низкими ночными температурами и довольно холодной зимой. Негативные последствия жарких жней нивелируют высоты, на которых высажены здесь виноградники».

Общие выводы

«Хотя я попробовал лишь несколько образцов красных вин 2010 года, могу сказать, что на первый взгляд он превосходит 2009-й. Особенно меня привлекли некоторые образцы из сорта торронтес 2010 года, сорта, который в США продолжает набирать популярность», — отметил Танзер. Он также отметил, что количество ошибок при производстве вина заметно снизилось.

«В этом году я попробовал поистине впечатляющие образцы мальбека, каберне совиньона, блендов менее чем за 20 долларов США. В то же время, существует ряд гораздо более дорогих аргентинских вин, продающихся от 75 до 125 долларов за бутылку, и даже выше. Это, например, вина хозяйств Achaval Ferrer, Catena Alta, Bodegas Noemia, Viña Cobos и Viña Alicia, на которые стоит обратить внимание и серьезным винным афисионадо».

Качество последних урожаев

«В целом в стране наблюдается постоянный рост качества винтажей – от очень хороших до великолепных. В то время, как в винных регионах страны практически отсутсвуют угрозы климатической нестабильности, на передний плдан выходят другие факторы – урожайность, возраст лоз, высота над уровнем моря, даты урожая, и, конечно, стратегии винификации и выдержки».

«Хорошим примером является 2008-й, который выдался относительно прохладным в Мендосе, в результате чего урожай собирался позднее. Очевидно, не всем хватило мужества дотерпеть до полного созревания винограда, а тем, кому хватило, не повезло с апрельскими заморозками. И все же 2008-й стал одних из моих любимых последних лет, поскольку вина того года обладают необычайным ароматическим характером, сложностью и интенсивностью, а также редкой легкостью и элегантностью».

В то же время, Танзер отметил, что 2009-й год широко описывается как очень теплый и сухой в Мендосе, который дал много вин с высоким алкоголем, мощными танинами и меньшим ароматическим уровнем даже там, где вина получились необычайно богатыми и полнотелыми. Некоторые белые получились расплывчатыми. Вместе с тем, вин этого года удались в более прохладных регионах – например, в Сальте на севере и в Патагонии – на юге.

«Кстати, 2010-й год принес достаточно низкие урожаи в результате волне жары в январе, которая принесла немалый стресс лозам и заставила некоторые их них вообще на пару недель «отключиться». Уровень сахара в ягодах поднимался очень медленно, наравне с развитием полифенолов, дающих аромат (обычно сахар «рвется» вперед) – поэтому потенциальный алкоголь в вине 2010-го, ниже среднего, с прекрасными уровнями кислотности», — заключил Танзер.

Оценки вин, PDF

По силе своей увлеченности благородными четвероногими виноделы чем-то схожи с арабскими шейхами. Впрочем, есть важные отличия. Ведь для винодела лошадь – не только предмет восхищения, но и необходимый функциональный элемент самого процесса производства вина. Вы спросите «Неужели еще есть места в мире, где пашут на лошади?». Ответ будет утвердительный: не только есть, этих мест становится все больше. Легко догадаться, что на лошадях не только пашут: на них объезжают виноградники, играют в поло, показывают туристам достопримечательности, их обожают, разводят и боготворят. С ними участвуют в престижных международных скачках, в честь них возводят целые хозяйства – и это не шутка. Лошадь стала неотъемлемой частью истории великих вин Старого и, особенно, Нового Света.

Читать полностью >>>

Чтобы увидеть винную Аргентину, не нужно автомобильных карт и спутниковых навигаторов. Достаточно проехать по знаменитому шоссе 40, которое растянулось на 5224 километров, пересекает 20 национальных парков, 18 питающих виноградники рек, 27 перевалов через Анды и взмывает на высоту в 5 километров над уровнем моря. Винодельческая жемчужина Аргентины – Мендоса – далеко не единственная достопримечательность на этом маршруте. Регион Сальта на севере Аргентины – не только историческая и культурная мекка, но и место, где, по общему мнению аргентинских виноделов, рождаются лучшие белые вина из вновь обретенного автохтонного сорта торронтес. А Патагония на юге – мощный магнит как для серьезных инвесторов, так и для знаменитых итальянских виноделов, создающих в пустынном безмолвии лучшие вина Аргентины.

Читать статью >>>

По-видимому, швейцарский миллионер Дональд Хесс, владелец The Hess Group, по-настоящему влюбился в высокогорную аргентинскую провинцию Сальта, которая расположена на севере страны. Хесс уже владеет самым экстравагантным хозяйством региона, Bodega Colomé, затерянным в горах на высоте около 2,5 км над уровнем моря. Вторым приобретением в регионе стало хозяйство Familia Muñoz рядом с городом Кафайяте, в двух часах езды по горному серпантину от Bodega Colomé. Менеджмент планирует переименовать хозяйство и использовать его виноградники для производства своего вина Amalaya (бленд 75% мальбека, 10% каберне совиньона, 10% сира и 5% танна).

«Около года назад мы уже приобрели около 150 га к северу от города Кафайяте (который особенно известен своими белыми винами из сорта винограда торронтес)», — говорит Рэндл Джонсон, консультирующий винодел из Калифорнии, давно работающий с Хессом. «Мы собирались построить здесь свое второе хозяйство, так как здесь достаточно воды, а в конце июля 2010-го семья Муньос предложила нам свое хозяйство в качестве базы в этом субрегионе».

Хозяйство Familia Muñoz может производить 84 000 ящиков вина в год (около 750 тысяч литров). Вместе с хозяйством Хессу, который уже владеет шестью винодельнями по всему миру, достались 74 га земли, из которых около 25 находятся под лозой. «Этот виноград, несомненно, улучшит наш бренд Amalaya и расширит наши возможности. Местные почвы прекрасно подходят как для мальбека, так и для торронтеса, у нас уже есть 35 га торронтеса в этом регионе»,  — рассказывает Рэндл Джонсон.

Родившийся в Швейцарии Дональд Хесс купил хозяйство Colomé и большой кусок прилегающих горных земель в 2001 году, после многочисленных личных визитов, исследований и консультаций. По его собственным словам, самым привлекательным фактором стала экстремальная высота хозяйства над уровнем моря (самый высокий экспериментальный виноградник хозяйства находится на высоте 3000 м) и нетронутая дикая природа и пейзажи. В Hess Family Estates входят также хозяйства  The Hess Collection, Artezin и Sequana в долине Напа, Glen Carlou в ЮАР и Peter Lehmann в Австралии.

Об этом в декабре написал журнал Decanter. Судя по всему, не все из «десятков тысяч» членов CIVB (цитата с русского сайта) довольны, как организация распоряжается членскими взносами, которые каждый платит в общую копилку. Недовольство ряда хозяйств достигло такого уровня, что коллегиальным решением они собрались подавать на CIVB в суд за пять лет впустую потраченных взносов. Судя по словам виноделов, ежегодные взносы составляют «десятки тысяч евро». Доминик Тешер, действующий президент созданного фронта противодействия CAVB (Comité d’Action des Vignerons de Bordeaux – «Комитет действия виноградарей Бордо»), не путать с бургундской ассоциацией аппеласьонов, та тоже называется CAVB — Confédération des Appellations et des Vignerons de Bourgogne), рассказал журналу, что «CIVB не может существовать в прежнем формате, мы неоднократно просили прояснить ситуацию и сделать ее более прозрачной в части того, как тратятся наши деньги, однако нам отказали в доступе к статьям затрат… CIVB служит интересам небольшой группы дружков, они не меняются и не слушают виноделов, хотя бюджет организации на 75% состоит из наших членских взносов… CIVB должен работать на благо тех, кто его финансирует». Сильви Вердье из Chateau Bessan: «CIVB – это сама суть Бордо, и все же он не смог выполнить обе свои миссии – регулировать рынок и продвигать вина Бордо в мире».  Судебные иски должны последовать в январе 2011.

Собственно, на «деятельность» CIVB в России я уже обращал внимание – о ее результатах можно, например, наглядно судить по сайту, созданному при финансировании Евросоюза www.bordeaux-ru.com, явно предназначенному для того, чтобы кто-то мог поставить жирную галочку напротив «Налажены коммуникации с российскими потребителями». Сайт создан по классической схеме «тяп-ляп, кушать подано» — скучнейший дизайн, никому не интересные прошлогодние новости ( и те не открываются), никому не нужная  энциклопедическая информация о вине, пережеванная в который раз. В колонке «Обратите внимание» прилеплены два фото неизвестно чего. Особенно мне нравится раздел «Где можно продегустировать бордоские вина», где приведено с десяток кафешек (даже не ресторанов) в Москве, избранных, не понятно по какому принципу. В общем, мне интересно, сколько на это потратили денег Евросоюза.

Mormoreto – crème de la crème тосканского хозяйства Castello di Nipozzano, замка, который находится в регионе Кьянти Руфина, детище старинной семьи Фрескобальди, которая с незапамятных времен делает в Тоскане вино и бизнес (бизнес начался на 300 лет раньше, но около 1 века нашей эры Фрескобальди «заразились» виноделием и с тех пор гордо несут звание крупнейшего в Тоскане землевладельца).

26 ноября маркиз Ламберто Фрескобальди прибыл в Москву, чтобы дать единственный ужин, посвященный 25-летию этого классического французского бленда из каберне совиньона, мерло, каберне франа и пти вердо. Первый винтаж этого вина датируется 1983 годом. Местом для дегустации стал свежий новиковский ресторан Luce – проект, тесно связанный с семьей Фрескобальди, ведь Luce – название одного из топовых вин хозяйства. Даже оформление бренда ресторана напрямую взято от итальянцев – имя Luce скопировано без лишних собственных придумок — солнце и лучи.

К вину подавали к карпаччо из говядины, ризотто с черным трюфелем и филе говядины под соусом из белых грибов со шпинатом.

Самой интересной частью (естественно) была возможность сравнить три миллезима Mormoreto – 1994, 1997 и текущий 2007-й.

Mormoreto 2007, Toscana IGT. Текущий релиз. 60% каберне совиньон, 25% мерло, 12% каберне фран и 3% пти вердо, 24 месяца в новых барриках. От этого вина справедливо ждешь концентрации, глубокого, насыщенного цвета, активных танинов – и не ошибаешься. Мощные, смелые мазки специй сменяются набегающими волнами ежевики, смородины, а сверху все накрывается меловым минеральным ароматом дорожной пыли. Такое вино быстро развивается и меняется в бокале, через 15 минут его уже не узнать. Явный потенциал к выдержке эксперты оценивают как минимум в 10-15 лет. [92]

Mormoreto 1997, Toscana IGT. Эти вина уже достаточно сложно сравнивать. 1997-й воспринимается намного легче, чем 2007-й, и не только из-за 10-летней разницы. Состав Mormoreto меняется год от года в полном соответствии с бордоской традицией. В 1997-м в бутылку попало 85% каберне совиньона и 15% каберне франа. Вино совершенно не похоже на своего молодого собрата, 10 лет в бутылке совершенно его изменили – в первый момент кажется, что засунул нос  в банку с хомячками, такой мощный животный тон поднимается из бокала с гораздо более бледной жидкостью, по цвету ближе к пино нуар, если бы не предательский рыжеватый ободок, свидетельствующий о возрасте. Постояв в бокале, вино облагораживается, и прекрасно себя показывает в сочетании с чернотрюфельным соусом. От живых атакующих танинов нет и следа – вино мягкое и незаметно проскальзывает в желудок. Ну да, это комплимент. В своем Wine Advocate # 130 в августе 2000-го Роберт Паркер давал этому вину срок до 2008-го года – и в общем-то был прав. Скорее чувствуется, что вино уже пошло на убыль, оно уже не на пике. Что, однако, не лишает удовольствия попробовать на вкус вчера бывшее великолепным творение. [90]

Mormoreto 1994, Toscana IGT. Как водится, самое старое пробовать интереснее всего. Время потрепало его сильнее всех – тут тебе и морщины, и трясущиеся от старости руки, и склероз (какой там состав-то, сынок?). Основательно обрюзгшая животинка все еще жива, но грации никакой и потеряла форму. Если бы не ночь на улице и мягкий свет в ресторане, его цвет был бы совсем бледный.  Вино практически не дает ощущения объема во рту, да и маслянистости кот наплакал, такое ощущение, что пьешь что-то, близко напоминающее по консистенции хорошую воду из источника под Венецией. Впрочем, не все так плохо, как я описал – это вино живо, хотя и не способно поразить воображение. [88]