Об этом в декабре написал журнал Decanter. Судя по всему, не все из «десятков тысяч» членов CIVB (цитата с русского сайта) довольны, как организация распоряжается членскими взносами, которые каждый платит в общую копилку. Недовольство ряда хозяйств достигло такого уровня, что коллегиальным решением они собрались подавать на CIVB в суд за пять лет впустую потраченных взносов. Судя по словам виноделов, ежегодные взносы составляют «десятки тысяч евро». Доминик Тешер, действующий президент созданного фронта противодействия CAVB (Comité d’Action des Vignerons de Bordeaux – «Комитет действия виноградарей Бордо»), не путать с бургундской ассоциацией аппеласьонов, та тоже называется CAVB — Confédération des Appellations et des Vignerons de Bourgogne), рассказал журналу, что «CIVB не может существовать в прежнем формате, мы неоднократно просили прояснить ситуацию и сделать ее более прозрачной в части того, как тратятся наши деньги, однако нам отказали в доступе к статьям затрат… CIVB служит интересам небольшой группы дружков, они не меняются и не слушают виноделов, хотя бюджет организации на 75% состоит из наших членских взносов… CIVB должен работать на благо тех, кто его финансирует». Сильви Вердье из Chateau Bessan: «CIVB – это сама суть Бордо, и все же он не смог выполнить обе свои миссии – регулировать рынок и продвигать вина Бордо в мире».  Судебные иски должны последовать в январе 2011.

Собственно, на «деятельность» CIVB в России я уже обращал внимание – о ее результатах можно, например, наглядно судить по сайту, созданному при финансировании Евросоюза www.bordeaux-ru.com, явно предназначенному для того, чтобы кто-то мог поставить жирную галочку напротив «Налажены коммуникации с российскими потребителями». Сайт создан по классической схеме «тяп-ляп, кушать подано» — скучнейший дизайн, никому не интересные прошлогодние новости ( и те не открываются), никому не нужная  энциклопедическая информация о вине, пережеванная в который раз. В колонке «Обратите внимание» прилеплены два фото неизвестно чего. Особенно мне нравится раздел «Где можно продегустировать бордоские вина», где приведено с десяток кафешек (даже не ресторанов) в Москве, избранных, не понятно по какому принципу. В общем, мне интересно, сколько на это потратили денег Евросоюза.

Собственно, действующими лицами никого не удивишь – все La Tache да Lafite, с «Кричащим Орлом» в лидерах.

• Screaming Eagle Cabernet Sauvignon 1992-2004, $26 840
• ящик 2000 Chateau Ausone St. Emilion, $23 180
• ящик 2000 Chateau Lafite Rothschild Pauillac, $20 740
• ящик 2000 Chateau Lafite Rothschild Pauillac, $20 740
• ящик 2000 Chateau Lafite Rothschild Pauillac, $20 740
• ящик 2000 Chateau Lafite Rothschild Pauillac, $19 520
• ящик 2000 Chateau Lafite Rothschild Pauillac, $19 520
• 6 бут 1999 La Tache Domaine de la Romanee Conti, $18 300
• 6 бут 1999 La Tache Domaine de la Romanee Conti, $18 300
• ящик 2001 Corton Charlemagne Coche-Dury, $18 300
• ящик 2001 DRC Ассортимент, $17 080
• ящик 1989 La Tache Domaine de la Romanee Conti, $15 860
• ящик 1998 La Tache Domaine de la Romanee Conti, $15 860
• ящик 1997 La Tache Domaine de la Romanee Conti $15 860
• ящик 2003 Chateau Lafite Rothschild Pauillac, $12 200

Так было в 2006-м, когда вино пропало с полок в результате действий человека-Онищенко. Как август – время, когда все ждут политических и экономических переворотов, похоже, что за январем скоро прочно закрепится дурная для винного рынка слава. Сделал новогодние продажи – сматывай удочки, нечего тут думать, что и дальше так пойдет. Я вот одного не пойму, куда смотрит г-н Медведев, когда объявляет войну с «алкоголизмом», и войну такую, что от нее страдает кто угодно, только не тот, кто бы должен, например, производители водки.

В общем, 11 января стал очередным «черным понедельником» – десятки грузовиков с импортным вином зависли на границе у российских компаний-импортеров. А виноват во всем конечно же не безмозглый чиновничий аппарат, а создание Единого таможенного союза с Белоруссией и Казахстаном. Оказывается (!), теперь импортеры алкоголя должны оформлять импорт совсем по другой схеме. Схему разъясняет РБК-Daily: «В рамках создания Таможенного союза на его территории установлен единый перечень товаров, к которым применяются запреты или ограничения на ввоз из третьих стран (за исключением стран — участниц союза). Эти товары должны проходить процедуру лицензирования. На сайте ФТС 29 декабря 2009 года появилось сообщение, что единый перечень товаров вступает в силу с 1 января 2010 года. Этиловый спирт и алкогольная продукция, которые также попали в этот перечень, в России ранее были освобождены от лицензирования, за исключением водок, текилы и ряда других крепких напитков».

Я слыхал, что на одни грабли два раза наступают только дураки. Не хочу пересказывать то, что написали другие про необходимые документы и новые правила. Ситуация 2006 года повторяется с высокой точностью: конечно, никакие ведомства, выдающие новые лицензии, к этому не готовы (они еще не оклемались после праздников). Конечно, они не только не готовы, но и не будут готовы в ближайший дни, а, скорее всего, и недели. Как отметил Максим Каширин (Simple): «Лицензии должен выдавать Минпромторг, который пока сам не имеет сведений, как ему их оформлять». Он же по словам многих СМИ утверждает, что простой одной фуры обходится в 250-300 евро в день, но мне-то кажется, что СМИ куда-то потеряли нолик, 2500-3000 евро выглядит более реалистично, если учесть неполученную прибыль. А суммарные потери импортеров алкоголя могут снова составить десятки миллионов долларов, это мы уже проходили. В том числе, эти деньги не попадут и в госбюджет в качестве налогов, клиенты не получат своего вина, представители государства и бизнеса снова оборвут друг другу нервы. Но ведь кто-то выиграет, да? Не тот ли наберет очки, кто будет использовать сей факт как повод заявить, что в стране стали меньше пить?

И еще выиграют те, кто ввозит в Россию водку. А это снова заставляет кое о чем задуматься. И хорошо, если импортер основательно запасся вином еще до Нового Года. Lucky you! А страна-то что? Страна пусть знает своих героев.

На мой взгляд, французы в данном случае молодцы: кто бы мог ожидать от них такой маркетинговой прыти – выходить со своим совиньон бланом на рынок Австралии и пиарить его таким «мимикричным» способом? Обычно именно американские компании любят выдавать свои бренды за французские, вспомним хотя бы Red Bicyclette. Впрочем, вино-то это сделано во Франции, просто нигде на этикетке не пиарится имя американского винного гиганта E&J Gallo. Ну а почему бы французам не сделать то же самое в Австралии? Вполне себе здоровая конкуренция. Французы не только намекнули на Новую Зеландию, так еще и сделали вино с завинчивающейся крышкой, что во Франции было бы нонсенсом. Но они-то знают, что более 60% вин в Австралии закрывается именно такой крышкой и люди относятся к ним совершенно нормально.

В общем, австралийские официальные лица поддержали протест и заявили, что такая этикетка введет потребителя в заблуждение. Иными словами, они будут думать, что вино – это совиньон блан из НЗ, не всматриваясь особо в контрэтикетку.

Хорошо бы эту практику взяли на вооружение и в остальном мире. Пусть все завалят друг друга гневными исками. Сколько можно блуждать в потемках?

Если британский рынок считается самым зрелым, требовательным и конкурентным, а американский – самым богатым, скандинавский – самым организованным и контролируемым, то азиатские рынки слывут самыми перспективными. Посмотрим более пристально на то, как сегодня функционируют рынки вина в Британии, США, Канаде, странах Скандинавии и Азии.

Читать статью

Лучшая десятка лотов аукциона хорошо демонстрирует силу спроса на такие имена как P?trus и Lafite.

1. Lot 201: 1982 P?trus (6 mags) | $65,725 (est. $24,000-35,000)
2. Lot 202: 1982 P?trus (6 mags) | $59,750 (est. $24,000-35,000)
3. Lot 595: 1990 P?trus (12 bs) | $38,240 (est. $20,000-30,000)
4. Lot 4: 1982 Lafite-Rothschild (12 bs) | $38,240 (est. $20,000-30,000)
4. Lot 840: 1982 Lafite-Rothschild (12 bs) | $38,240 (est. $20,000-30,000)
6. Lot 1098: 1982 Lafite-Rothschild (10 bs) | $33,460 (est. $17,000-26,000)
7. Lot 510: 1982 Lafite-Rothschild (3 dbl mags) | $28,680 (est. $20,000-30,000)
8. Lot 55: Assortment case of 1990 DRC (12 bs)| $26,290 (est. $16,000-24,000)
9. Lot 874: 1982 Lafite-Rothschild (7 bs) | $22,705 (est. $12,000-18,000)
10. Lots 702-3 & 960: 2000 Lafite- Rothschild (12 bs)| $20,315 (est. $10,000-15,000)

Общая сумма продажи: $3 268 791

Общая структура винной торговли в России более всего близка к японской модели. Во-первых, Россия практически все вино импортирует, хотя у нее имеется и собственное производство. Во-вторых, у нас нет исторической предрасположенности к винам того или иного региона. В остальном система построена довольно традиционно, есть импортеры, которые имеют право продавать вино как ритейлерам, так и напрямую конечным потребителям и в on-trade. Если компания хочет продавать вина в регионы, тогда уже появляется дистрибьютор.

Сегодня препятствий для создания компании-импортера мало, лицензия на импорт в России отсутствует, нужно получать федеральную лицензию на торговлю алкоголем. Она более сложная, но это и правильно: чтобы абы кто не занимался у нас алкоголем. Дальше все просто: ставишь ЕГАИС, нанимаешь людей, выбираешь ассортимент и работаешь, это свободный рынок. Особых административных барьеров на сегодняшний день у нас нет. Более реальные барьеры – финансовые, сейчас достаточно тяжело обстоит ситуация с банковскими кредитами. Начать импорт алкоголя новичку тяжело, потому что нужен серьезный стартовый капитал. В то же время, именно новички любят «ломать рынок». Сами они ничего не выигрывают, а всем остальным делают очень плохо.

Система налогообложения на вино в России устроена так: НДС 18% + очень щадящий акциз —  2,6 руб на литр + пошлина. А вот пошлина на вина у нас реально запретительная  — 20%. Во всем мире такая пошлина обычно направлена на поддержку местного производителя.  Замечу однако, что поддерживать нам в России некого. Те предприятия, которые сегодня делают вино, изначально могут поставлять продукцию дешевле любого импортного вина, поэтому у них всегда есть преимущество. С другой стороны, поразительно, что при этом пошлина на ввоз винного сусла составляет 5%! И вот это как раз то, что «убивает» наших виноделов. Ведь именно на бутылочное вино пошлина должна быть ниже, а на сусло – выше. Моя позиция такая, на бутилированные вина пошлина должна быть 5-10%, а на сусло — 10-15%, чтобы возимое сырье не препятствовало развитию собственного виноделия. Ведь сейчас реально проще купить виноматериал и разлить его здесь, в России, под российским брендом. Таким образом, реального сельского хозяйства у нас нет, падает занятость, а люди никак не привязаны к земле.

Самые влиятельные люди в российской винной торговле, это, как ни парадоксально, государственные чиновники. Только они могут погубить все систему с колоссальной скоростью, как это уже было в 2006-м. В бизнесе нет влиятельных людей, даже крупные компании не могут кардинально повлиять на вкусы потребителей. Да, Simple делает много, но влиять на потребление вина и вкусы в национальном масштабе все же не может.

Думаю, что импортеры сегодня не в состоянии манипулировать дистрибьюторами. Здесь ситуация обоюдная, на какие-то процессы влияют импортеры, а на какие-то – дистрибьюторы, рынок открыт и никто никого не принуждает работать друг с другом. Поэтому диктовать никто ничего не может, мы можем рекомендовать, можем настаивать, но не более того. Дистрибьютор может выбрать одного партнера и работать только с ним, но это решение, принятое не под дулом револьвера, а только потому, что этот дистрибьютор считает этот ассортимент лучшим.

Отношения импортеров с супермаркетами в России остаются очень непростыми. Супермаркеты до сих пор не понимают, на чем они должны делать свои прибыли. «Входные билеты» в супермаркетные сети для импортеров неимоверно высоки. Мало того,  наценка на вина в супермаркетах тоже безумна – от 60 до 100%. Повлиять на это возможности сейчас никакой нет, слушать про рекомендованную цену на полке супермаркеты не желают. Регулированием ритейла еще очень долго нужно заниматься, чтобы добиться цивилизованной торговли. Главная проблема с супермаркетами – стремление получить максимум прибыли за счет неторгововй выручки – теневые выплаты, завышенная маржа, ретро-бонусы. Государство декларирует, что не может вмешиваться в наценки, и это правильно, потому что если государство снова начнет все регулировать,  это снова будет госплан. Наценки супермаркетов обычно прячутся в ретро-бонусы. Сейчас государство пытается искоренить практику ретро-бонусов. Ведь что делают сети  — они говорят, у нас такая  маленькая наценка, всего 20%! И это правда, у них маленькая наценка от той цены, по которой мы им поставляем вино, а потом мы еще даем 25% ретро-бонус, и получается, что мы поставляем товар за 100 рублей, они дают наценку в 20%, и продают его за 120, мы даем им ретро бонус 25%, т.е. реально они наценили уже 45%, они могут еще прибавить сверху 20 рублей, а это уже 65%. Таким образом, рынок очень непрозрачный, сети начинают выкручивать руки поставщику, что мол, ты должен делать так, потому что мне так удобно. Это тяжело. Надеюсь, что новый закон о торговле, который скоро должен быть принят, приведет торговлю в супермаркетах в более цивилизованное русло. У супермаркетов нужно отбить страсть к наживе и заставить их иметь дело не с нашими уговорами и доводами, а с официальными органами ФАС и реальной угрозой крупных штрафов за нерыночную торговлю. Вместо того, чтобы получать прибыли от наценок, как это принято, они наживаются на серых схемах выплат.

Прямой импорт вин супермаркетами у нас это практикуется мало и работает он плохо. Супермаркеты действительно пытаются возить какие-то непонятные вина, но это и сложно, и дорого, да и ненужно. Еще можно понять практику Private Label, этот сегмент может быть, даже будет развиваться, а сказать, что нужно супермаркетам развивать собственный импорт – вряд ли. Эту практику нельзя запретить, нельзя ограничить, пусть рынок сам все расставит на свои места.

Мое отношение к жесткому регулированию рынка алкоголя через монополии резко отрицательное: это совершенно коррупционный механизм. Я видел закупщиков этих сетей, на них столько бриллиантов, что вам и не снилось. А что в этом странного – ведь эти люди делают выбор вин для всей страны, а как возможно сделать такой выбор? Даже сами поставщики признавались мне, что делают определенные вещи, чтобы склонить чашу весов в свою пользу. Я еще понимаю определенную эффективность с точки зрения борьбы с пьянством – ну хорошо, ведь люди не ограничены в своих передвижениях, они всегда могут поехать в близлежащую страну с другими законами и закупиться там. В нашем глобальном мире это просто безумная идея. В России этого делать нельзя, это тупик.

В России нужно искать пути контроля оборота спирта, потому что около 50% его происходит в тени. Кроме того, здесь обязательно нужно снизить налог на ввозимое вино в бутылках. Ведь проблема не в том, что водка дешевая, а еще и в том, что вино дорогое. Местное виноделие не может справиться с объемом потребления. Россия – зона рискованного виноделия, а это значит, что в любой год инвестиции и урожай могут пропасть. Идеальная модель – это признание западных сертификатов на вино, потому что российская система на самом деле ничего не сертифицирует. Второе – серьезное снижение пошлины, и третье – отсутствие региональных барьеров, когда регионы требует двойной сертификации вина, собирая для себя дополнительные деньги, хотя эта практика совершенно незаконна.

Что касается сегодняшней динамики различных игроков, то ритейлеры укрепляются сами по себе, без участия вина. Винные бутики пока остаются сложным бизнесом и новых игроков не появляется. Среди импортеров мы видим разную динамику, кризис показал, кто на что способен, у кого на что хватает ума и сил, как импортеры управляют финансами и какой у них менеджмент. В России происходит передел винного рынка и перетасовка марок в портфелях. Пока я не вижу перспектив для появления новых игроков. Думаю, что будет происходить консолидация вокруг сильных игроков, и мы постараемся по максимуму использовать новые возможности, чтобы стать сильнее и влиятельнее.

После девальвации цены сильно выросли, однако люди, которые покупали вино за 500 рублей (11,4 евро) продолжают покупать за 500 рублей, однако в реальности теперь это другое вино более низкого ценового диапазона. Дешевые вина стали продаваться больше, дорогие позиции демонстрируют почти полный провал. В регионах ситуация еще тяжелее, многие дистрибьюторы обанкротились, а люди там более чувствительны к ценам.

В сегодняшней ситуации совершенно бессмысленно и невозможно делать прогнозы на будущее. В России вино – предмет удовольствия, а не повседневного спроса. Если люди не имеют денег, вино как удовольствие останется на потом. Будут другие первичные траты, а вино сильно зависит от экономической ситуации.

Знания о вине в России развиваются очень медленно и все еще оставляют желать лучшего. А ведь именно они кардинально меняют вкус человека и его взгляды. У нас нет в достаточном количества  ни журналов о вине, ни книг, и государственной поддержки употребления вина тоже. У россиян глобально есть два напитка – водка и пиво. А вино – так, несерьезно.

Pernod Ricard, владеющая винодельней Montana в Новой Зеландии, нанесла своим виноградарям тяжелое оскорбление, предложив им в этом году 150 долларов за тонну винограда. Для сравнения в 2008-м году виноградари региона Гисборн (Gisborne) продавали тонну винограда за $1071-1342 за тонну. В итоге озвученная в ходе встреч виноградарей с Pernaud один на один цена оказалась почти в семь раз меньше.

Один из виноградарей, долгое время работавших с Перно, утверждает, что «изначально PR утверждали, что цена будет достойной, но то, что предложено на самом деле, для нас огромное разочарование. Не знаю, что будет дальше, потому что не думаю, что кто-то из виноградарей примет это предложение». Местный виноградарь Том Броди уже заявил что это предложение является для него оскорблением.

Пострадали не только сами виноградари, но и многие другие, например, подрезчики и поставщики оборудования. Проблема для виноградарей Гисборна усугубляется тем, что Pernod Ricard доминировала в регионе, закупая около 60% ягод. Тем не менее, официальные органы утверждают, что, несмотря на сложную ситуацию с партнерами международного гиганта, другие небольшие винодельни не затронуты этой ситуацией.

Многим виноградарям, на 100% зависящим от Pernod, придется вообще прикрыть выращивание ягод и переквалифицироваться в «яблочников» или выращивать киви. Другим могут потребоваться годы, чтобы найти новые пути развития.

Читать

 Информация о компании:

Год основания: 1934

Головной офис: Нью-Йорк

Тип компании: импортер

Специализация:  Франция, Италия