Сегодня нет нужды пытаться растворять в вине жемчуг, чтобы доказать, что ваш ужин является самым дорогим и изысканным (по легенде, так делала Клеопатра, чтобы подтвердить величие Египта). Редкие вина, продаваемые на аукционах, сами по себе стали знаком роскоши и истинного l’art de vivre.

Хотя негоциантские компании являются «хранителями» многих старых винтажей, важнейшим источником таких вин все еще остаются винные аукционы, куда попадают исключительно ценные экземпляры из частных коллекций. Внимание винных медиа традиционно захватывают очередные рекорды, поставленные тем или иным аукционным домом, а цифры продаж отдельных частных коллекций идут на миллионы долларов. Одно не оставляет сомнений: пока будут существовать любители вина, обладающие финансовыми возможностями, винные аукционы будут оставаться востребованным видом действительности и привлекательным источником редких вин. Движимые впечатляющими результатами их роста, мы попросили глав винных департаментов двух крупнейших аукционных домов – Серену Сатклиф из Sotheby’s и Дэвида Элсвуда из Christie’s – прокомментировать состояние рынка винных аукционов.

Si duri puer ingeni videtur, pracoem sacias vel architectum

Если ваш сын уродился болваном, сделайте его аукционистом или архитектором

Марк Валeрий Марциал, древнеримский поэт

Усопшие коллекционеры

Хотя ценные вина попадали на аукционы во все времена существования последних, первый полноценный винный аукцион в современном понимании был проведен аукционным домом Christie’s в 1966-м году. Первые же торги вином на аукционе в соответствии с каталогами, которые составлял сам Джеймс Кристи, состоялись ровно за 200 лет до этой даты – а именно, в 1766 году.

«Качественный кларет – 24 шиллинга за ящик, качественная старая мадейра» – так была обозначена первая аукционная продажа. Продавались тогда вина из коллекций ушедших из жизни титулованных коллекционеров и богатых людей, в том числе и королевских кровей. Французская аристократия знала о Christie’s не понаслышке – переехав в Англию, многие из них выставляли на продажу свое самое мобильное имущество – ювелирные изделия, на чем молодой тогда аукционный дом сделал немалый бизнес. В ноябре 1768 года состоялась продажа вин Ее Величества Герцогини Графтон и Герцога Лидского. Еще одна именитая семья продавала вино в 1835-м – «Его Королевское Величество, почивший Герцог Глостера». Через 140 лет эти вина было суждено снова продавать – и снова аукционистам Christie’s.

Одним из самых ярких событий 1901 года стала продажа запасов шерри, короля Эдуарда VII. Впрочем, у Эдуарда была особая причина для продажи – сам он являлся ярым приверженцем шампанского, а после смерти Альберта и ухода от власти Королевы Виктории в подвалах он обнаружил слишком много испанского напитка. Для того, чтобы справиться с задачей, были опять вызваны специалисты Christie’s. В аукционном каталоге было указано следующее «Собственность Его Величества Короля Эдуарда VII и Королевы Виктории – 5 000 дюжин бутылок шерри – из подвалов Букингемского Дворца». В основном это было сладкое золотистое олоросо. Пятидневный аукцион оказался феноменально успешным, было продано 100% лотов. Даже самые высокомерные винные торговцы скупали королевские запасы – последний лот приобрела именитая Berry Brothers по самой высокой цене аукциона. Однако для производителей хереса аукцион не стал радостным событием – прослышав, что король распродает свое шерри, богатая публика решила, что мода на него прошла, а продажи его резко пошли вниз.

Продажа вина в результате банкротства была обычным делом в те времена. В XVIII веке аукционные дома деликатно обходили всякое упоминание такой ситуации, но всем было и так понятно, в результате чего происходит продажа. «Мебель и вина из дома джентльмена, уехавшего за границу» – так анонсировался аукцион 1767 года. Причем, джентльменов (да и леди), срочно уехавших за рубеж, было удивительно много – кто-то бежал от кредиторов, кто-то от надвигающейся нищеты. Christie’s имело дело и с герцогами, и с мусорщиками, и, как это ни забавно, политика компании, старающейся покрыть все сегменты рынка, сохранилась до сих пор.

Уже тогда, в 18 веке, появились люди, смекнувшие, что к чему, и пытающиеся заработать на повышающемся в цене вине. Так, в 1769 году был продан лот, названный «Собственность капитана Флетчера из Вест-Индии», а по сути это была Мадейра из Фуншала, столицы острова, которая пропутешествовала вместе с капитаном через Индийский океан и обратно в Англию, в результате выдержки многократно улучшив свои качества.

Кстати, довольно характерно, что хотя первый именно винный аукцион состоялся в 1769 году, вплоть до окончания Второй Мировой Войны, вино частенько продавалось вместе с другими вещами их хозяев.  В 1767 году на продажу были выставлены «клавесин, два больших стога сена, вина, отличная черная лошадь и другие ценности». Вину здесь предпочтение явно не отдавалось.

1966. 200 лет спустя

Этот год можно считать поворотным в истории винных аукционов. Только когда президент аукционного дома Christie’s пожал руку Майкла со словами «Ну, Бродбент, теперь все в твоих руках», тот осознал, во что ввязался. Как вспоминал позже Бродбент, у него даже задрожали колени. И даже 14 лет в винном бизнесе не смогли сдержать эту дрожь.

Несмотря на новизну, Бродбент умел большой успех в новом для него деле: вместе со своим помощником Аланом Рестелом, они провели 24 продажи вина за первый год. Бродбент проявил себя как опытный переговорщик, убеждая людей, увлечение которых вином было весьма сомнительным, избавиться от своих коллекций и при этом хорошо заработать. А в 1970-м году на винный рынок пришла и Sotheby’s – и началась настоящая конкуренция.

Люди покупают и продают вино на аукционе для своего собственного удовольствия и в конечном итоге, ради инвестиций, часто совмещая приятное с полезным, продавая то, что им уже не нужно и покупая то, в чем они в данный момент больше заинтересованы.

Серена Сатклиф, Sotheby’s

Смерть и налоги

Как ни странно, причины, по которым вино сегодня выставляется на аукцион, остались все те же, что были 200 лет назад – к сожалению, многие коллекционеры умирают и оставляют за собой огромное винное «наследство», которым родственники не знают, как распорядиться; кто-то переезжает и не видит возможности перевезти всю коллекцию на новое место, а кто-то проигрывает на финансовых рынках, благо, именно сейчас нестабильность крупнейших экономик тому благоприятствует. Однако в условиях накопления огромных коллекций появилась и еще пара причин – смена вкусов, а также невозможность физически хранить огромные запасы вин. Всему есть предел.

Не просто цена

Бизнес аукционных домов можно называть каким угодно, но только не бесприбыльным. Цена каждого проданного лота на винном аукционе складывается из нескольких основных составляющих, которые будут нерадикально варьироваться от дома к дому, хотя в плане цены разница может быть значительной. Чтобы нам было проще разобраться в ценообразовании, выделим три цены – «цена продажи» – цена, по которой аукционный дом объявляет продажу данного лота в результате торгов.  Однако эта цена еще не является финальной: аукционные дома традиционно взимают с покупателей так называемую «наценку покупателя» (buyer’s premium), которая в зависимости от дома и суммы лота варьируется от 15 до 50%, а в среднем – около 20%. Кроме того, часто аукционный дом возьмет еще и плату за страхование лота – около 1% от цены лота. Это еще не все – скорее всего, покупателю придется еще заплатить за доставку и хранение вина.

Со стороны продавца тоже не все безоблачно – за свои услуги аукционный дом берет определенную плату («наценку продавца»), которая может называться по-разному, например seller’s fee, seller’s commission,  consignment fee, но всегда подразумевает под собой, что аукционный дом берет деньги за такие услуги, как оценка коллекции, транспортировка в место продажи или хранения, внесение в каталог, поиск заинтересованных покупателей и т.п.

Формирование цены на винный лот:

Цена продажи (hammer price) = объявленная цена продажи лота на аукционе

Цена покупки (которую на самом деле платит покупатель) = цена продажи + наценка покупателя (buyer’s premium) + страховка

Полная цена = цена покупки + доставка (+ хранение, если вино покупается по схеме in-bond)

Прибыль продавца = цена покупки – налог с продаж – наценка продавца (seller’s fee)

Прибыль аукциона = наценка покупателя (buyer’s premium) + наценка продавца (seller’s fee)

 Buyer’s premium – традиция обмана?

Вот уже в течение довольно долгого срока винная пресса спекулирует на тему того, за что платят деньги покупатели вина на аукционах. Особое яблоко раздора – та самая наценка покупателя – buyer’s premium. Ведь традиционно аукционные дома ее не взимали, получая процент от суммы продажи лота, то есть, на покупателя не ложились никакие дополнительные расходы, что было вполне разумно. Однако в силу каких-то причин, вероятнее всего, просто осознав свою силу где-то в 70-х годах, аукционные дома ввели платеж и с покупателя. Вполне можно понять, за что платит продавец вина -  аукционный дом должен приложить значительные усилия, чтобы оценить коллекцию, подготовить информацию, внести ее в каталог, разослать потенциальным покупателям, то есть сделать все, чтобы наиболее эффективно продать вино. Какие же услуги оказываются покупателю? Высылается каталог? Нет, за каталог большинство домов берут отдельные деньги. Проводятся бесплатные дегустации? Нет, за них тоже надо платить отдельно. Предоставляют покупателю какой-то сумасшедший сервис? Тоже вряд ли. Вероятно, аукционные дома просто взимают дополнительный платеж, который оспаривался как в США, так и в Лондоне, однако безрезультатно. При этом понятно, что, как и любой коммерческой организации, аукцион должен приносить прибыль своим владельцам, основной вопрос состоит в том, с кого взимать эту прибыль – с покупателя или с продавца?

На этот вопрос исчерпывающе ответил Дэвид Элсвуд в интервью SWN: «Без этого платежа у нас просто не будет прибыли, это как в любом магазине, каким бы он ни был и что бы ни продавал. Более того, наш процент комиссии намного меньше, чем наценки большинства винных магазинов и виноторговых компаний. Действительно, раньше основная нагрузка в этом плане ложилась на плечи продавца, однако сейчас рынок стал другим. Buyers’ premium тогда вообще не существовало как концепции. Так работает рынок, и продавец сейчас более важен для нас, чем покупатель, у него есть множество способов продать свое вино, конкуренция между аукционными домами растет, в то время как конкуренция за редкие и дорогие вина также растет, это является одной из причин снижения платежей со стороны продавцов, ведь нам нужно привлечь их к себе. Фокус постепенно сместился».

 Такая американская история

За последние лет пять стало понятно, что большинство (хотя никоим образом не все) крупных коллекций покупаются и продаются в США, особенно с тех пор как в 1994-м году был снят запрет на проведение винных аукционов в штате Нью-Йорк. Без сомнений, пионерами-мастодонтами аукционного рынка являются Christie’s и Sotheby’s, обе эти компании с самого начала наладили партнерские отношения с американскими виноторговыми фирмами – Christie’s – с NYWines, а Sotheby’s – с Aulden Cellars. Однако никто сегодня не может спокойно почивать на лаврах, американский рынок пытаются всеми силами завоевать и изначально американские компании, выросшие из крупных импортеров, например Джефф Закария, человек-легенда аукционного бизнеса США, в 2002-м году отколовшийся от бывшего партнера Christie’s со своей компанией Zachys (читается «зэкис») и сделавший в 2005-м году 34 миллиона долларов с восьми аукционов.

Еще один серьезный и быстрорастущий игрок – Acker Merrall & Condit, начавший торги в 1998-м, который вышел из партнерства с двумя другими аукционными домами, чтобы уйти в «одиночное плавание», а Нью-Йорке образовалась компания Morells. Возможно, одним из наиболее серьезных выпадов последних в сторону конкурентов стало введение нулевой комиссии с продавца, в то время как другие дома взимали минимум по 10%.  «Это позволило нам привлечь хороших продавцов, а если есть хороший товра, то покупатель всегда найдется», – говорит Джон Кейпон, амбициозный директор Acker Merrall & Condit. Другие дома решили добавить своим аукционам побольше лоска и глазурной поволоки, например Zachys теперь  проводит свои субботние аукционы в топовых ресторанах Манхэттена. То же самое делает и Hart Davis Hart в чикагском ресторане Tru.

Не последнюю роль в усилении продаж на американских аукционах играет привлечение правильны ведущих, большинство из которых вышли из международного «крупняка» – тех же Christie’s и Sotheby’s, являющихся кузницей кадров для всего аукционного мира. Урсула Хермасински (известна также как Богиня Молотка – Goddess of the Gavel), Фриц Хэттон, Дэвид Элсвуд – все они обладают выдающимся талантом продавать и одновременно развлекать покупателей, стимулируя дальнейшую покупку.

Однако британские львы тоже не собираются сдаваться перед натиском США, адаптировав некоторые американские приемы на британской земле. Так, например, в Sotheby’s стали предлагать обед, совмещенный с продажами вин в субботу, то же самое делает и Christie’s, стараясь сделать программу аукционного дня как можно более подвижным и привлекательным для гостей. И, судя по результатам 2007 года, их усилия вполне оправдывают себя.

«Я должна сделать счастливыми всех. А это не всегда просто»

 Урсула Хермасински

Да, конечно, личность ведущего имеет очень большое значение. Моя задача как аукциониста – провести аукцион в легкой и живой манере. Аукционы часто длятся часами, ведь выставляется довольно много лотов, и важно,  чтобы каждый лот получил должное внимание и был обработан, а также чтобы люди в зале не заскучали и чувствовали мое внимание. Плохой аукционист может иметь очень негативное влияние на продажах и наоборот. Очень редко когда кто-то приходит проводить аукцион Christie’s «со стороны», обычно это люди, «выращенные» компанией.

 Дэвид Элсвуд, Christie’s

 Языком цифр

Аукционный рынок в 2007-м году*: $333 209 438

Christie’s:	$71 647 944
Sotheby’s	$49 287 329
Acker Merrall & Condit	$59 857 976
Zachys	$52 445 415
Hart Davis Hart	$26 920 140
WineBid.com	~$26 000 000
Bonhams & Butterfields и Bonhams	$10 512 574
Morrell & Company	$6 120 790
Edward Roberts International	$1 733 917

*по данным журнала Decanter

Ведущие аукционные дома

Аукционный дом	Город	Премия покупателя	Премия продавца	Минимальная продажа	Цена каталога (на 1 аукцион)	Цена каталога (на год)
Acker Merrall & Condit	Нью-Йорк	19,5%	0%	Индивидуально	$20	$150
Bonhams and Butterfields	Нью-Йорк, Сан-Франциско, Лондон	17%	Индивидуально	Индивидуально
Christies	Лондон / Нью-Йорк  / Лос Анджелес	18,5%	Индивидуально	Индивидуально	$20	$190
Edward Roberts International	Чикаго / Сан Франциско	17%	Индивидуально	Индивидуально	$25
Hart Davis Hart	Чикаго	19,5%	Индивидуально	Индивидуально	$25	$80
Morrell & Company	Нью-Йорк	18%	0%	$2 000	$15	$50
Sotheby’s	Лондон / Нью-Йорк	21%	Индивидуально	Индивидуально	$16	$123
The Chicago Wine Company	Чикаго	0%	Индивидуально	Индивидуально	$0	$0
Zachys	Нью-Йорк / Лос Анджелес	19%	Индивидуально	Индивидуально	$30	$160

*По данным WineInvestor.com  и аукционных домов

Оценка вин

Совершенно точно можно назвать десяток признанных винных экспертов и изданий, выставляющих винам оценки на регулярной основе. Несмотря на это, рынок винных аукционов демонстрирует монопольную приверженность одному винному критику, и его имя нам известно. Роберт Паркер был и остается практически единственным человеком, оказывающим влияние на начальную цену вина на аукционе, за исключением, пожалуй, Wine Spectator.  В каталоге любого аукционного дома вы найдете название вина, краткое описание его состояния и происхождения, а также дегустационные заметки и оценку американского критика.  Между прочим, замечено, что некоторые вина известных шато Паркер сознательно или бессознательно постоянно упускает из виду, что приводит к несколько более низкой цене на него, что может быть хорошим приобретением.

Качество выставленных на аукцион вин складывается из нескольких показателей, их необходимо знать, чтобы быть в состоянии оценить предлагаемый винный лот.

Мы проводим тщательную оценку вин, выступая своеобразным «буфером» между продавцом и покупателем. Мы должны знать историю вина. Существуют определенные признаки, по которым можно определить, насколько правильно хранилось вино – например уровень вина в бутылке или потеря первоначального цвета. Кроме того, каждый год я дегустирую достаточно большое количество великолепных вин из великолепных погребов, а также и из шато и хозяйств, поэтому имею хорошую сравнительную базу. Существуют и визуальные аспекты – например, соответствует ли возраст вина форме бутылки, подвергалась ли этикетка значительному воздействию внешних неблагоприятных факторов, является ли пробка оригинальное или недавно замененной – все эти факторы являются объектом нашего исследования.

 Серена Сатклиф, глава винного департамента Sotheby’s

Если вы когда-либо будете участвовать в живом аукционе лично, то непременно будете обращаться внимание на уровень вина в бутылке («улляж»), который является одной из важных характеристик качества винного раритета. В течение своей жизни корковая пробка дает части вина испариться через микроскопические трещинки и поры, а также может впитывать часть вина в себя, не говоря уже о том, что вино могло неправильно храниться или перевозиться, вызывая тем самым утечку его части сквозь пробку. Поэтому эксперты давно вычислили приемлемые уровни вина в старых бутылках, которые считаются не вредящими продукту. Французский термин ouillage изначально относится к незаполненному вином пространству в бочке. Для вин в возрасте до 20 лет уровень должен находиться не ниже уровня начала «плечиков», для вин до 40 лет – не ниже   нижнего уровня «плечиков» бутылки (для бутылок бордоского типа). Для бутылок бургундского типа, вин из Германии и подобных им используется иная система измерения – в сантиметрах от верхней части бутылки).

Еще одним характерным признаком качественного винного лота являет состав лота – то есть, например, если продается ящик вина, то все ли бутылки в нем одинаковые? Смешанные лоты – так называемые mixed case – являются, с одной стороны, интересным вариантом для рассмотрения коллекционером, с другой же стороны, представляют определенную опасность. Они хороши, так как идут по более низкой цене, чем стоят по отдельности, а плохи тем, что некоторые вина в них могут быть не очень интересны для вас лично. Упаковка лота чрезвычайно важна для понимания его оригинальности и роста его ценности в будущем. OWC (original wooden case, оригинальный деревянный ящик) ценится больше всего. Его наличие скорее стандартно, а вот отсутствие может говорить о превратностях судьбы ящика и заставлять внимательнее присмотреться к его происхождению. Другие варианты упаковки – простой деревянный ящик (wooden case, wc), картонная коробка (carton, c).

«Неполные коробки вполне могут свидетельствовать о том, что вино находится не в лучшем состоянии или попросту испорчено. Поэтому к таким лотам надо относиться с удвоенной осторожностью, хотя они и могут представлять выгодное приобретение».

 Сандро Хатиашвили, Simple

Соответствие уровня вина в бутылке ее возрасту

Как принято в Hart Davis Hart Wine, Chicago

NECK (горлышко) – нормальный уровень для молодых вин. В винах более 10 лет может означать очень хорошие условия хранения. Для вин более 40 лет может говорить о недавней смене пробки.

BN : Base neck level (до конца горлышка) – приемлемый уровень для вин любого возраста. Для вин более 25 лет выдержки говорит о прекрасных условиях выдержки.

TS : Top shoulder level (на уровне начала «плечиков») – нормальный уровень для вин 15-20 лет выдержки

VHS : Very high-shoulder level (чуть ниже начала «плечиков») – типичен для вин 20 лет и старше.

HS : High shoulder level (высокий уровень «плечиков») – натуральное испарение через пробку, обычно допустимо. Нормальный уровень для вин старше 40 лет. Для вин меньшей выдержки может означать некорректное хранение и непригодность для питья.

MS : Mid shoulder level (средний уровень «плечиков») – возможно, проблема с пробкой, качество вина может быть под большим вопросом.

LS : Low shoulder level (нижний уровень «плечиков») – рискованно и обычно неприемлемо для употребления, продается обычно в случае чрезвычайной редкости.

Предварительные дегустации

Не секрет, что вина, приобретаемые на аукционах, зачастую настолько стары, что возникают серьезные сомнения в их пригодности для питья (оставим в стороне тот факт, что зачастую их покупают не для питья вовсе). Здесь аукционные дома делают своим клиентам неоценимый подарок – за два-три дня до торгов желающих собирают на дегустацию некоторых вин, которые будут представлены в ходе торгов. Дегустация обычно платная, но ее цена более чем сопоставима с ценностью открываемых вин, поэтому пропустить ее – значит пропустить редкую возможность прикоснуться к легендам. Именно такие дегустации, на которых будет представлено 20-30 вин, являются неоценимым источником познания. А заметки, сделанные здесь, поистине бесценны.

Аукционные индексы и динамика цен

Аукционные индексы являются ценным источником информации о движении цен на коммерческих аукционах. С тех пор, как к вину стали относиться как к объекту инвестиций, такие индексы становятся все более популярными.

The Wine Spectator Auction Index

Аукционный индекс Wine Spectator был создан в 1995 году и с тех пор отслеживает ситуацию на коммерческих аукционах вин. Изначально значение индекса было равно 100, с тех пор он вырос уже более чем в три раза. В индекс включены 32 наиболее важных (по мнению WS) вина, цены на 5 лучших винтажей которых и являются объектами мониторинга. В целом эти винтажи представляют собой лучшие годы для Бордо (1995, 1990, 1989, 1982 и 1961), так как традиционно вина этого региона являются самыми востребованными и дорогими.  Помимо 16 вин Бордо, сюда входят 8 «калифорнийцев», два «пьемонтца», три «тосканца» и три винтажных порто. С 2004-го года мониторинг производится только по аукционам в США, в него включены следующие аукционные дома: Acker Merrall & Condit, Aulden Cellars-Sotheby’s, Bonhams and Butterfields, Hart Davis Hart, Christie’s и Zachys.

Liv-ex 100

 Как следует из названия индекса, он охватывает 100 вин, из которых большая часть принадлежит Бордо (целых 92%), остальные распределены между Роной, Бургундией, Шампанью и итальянскими винами. С января 2004 года, когда значение индекса составило 100 баллов, он увеличился до 246 (февраль 2008).  В 2006-м агентство Bloomberg внесло этот показатель в перечень цитируемых котировок. Рост индекса за год составляет около 37,2% (что более-менее совпадает с динамикой роста прибылей аукционных домов). Индекс почти целиком базируется на оценках вин Робертом Паркером, да это и не удивительно, ведь за последние 25 лет именно оценки Паркера способствовали накоплению самых серьезных капиталов.

Индексы винных аукционов действительно предлагают определенную динамику рынка в целом, однако стоит иметь в виду, что этот рынок очень индивидуален, особенно когда дело касается действительно редких вин. В этих случаях эти индексы очень мало что могут дать.

 Дэвид Элсвуд, Christie’s

Аукцион online

Чисто онлайновые аукционы скорее являются уделом США, особенно популярным является ресурс WineBid.com, из которого выросли многие успешные аукционисты, в том числе через него прошли и нынешний глава винного департамента Christie’s.  В отличие от аукционов «реальных», здесь есть  свои нюансы – начиная с того, что аукционы тут ведутся 24 часа в сутки и заканчивая большим выбором «нетоповых», но, тем не менее, интересных вин. Выбор стран-производителей также намного больше, чем у аукционов тралиционных. Приобрести особо ценные раритеты здесь тоже можно, однако традиционно онлайн аукционы вызывают меньшее доверие. Кроме того, некоторые из них (например, известный аукцион WineCommune.com) не работают с Россией, по крайней мере, пока. Кстати, онлайновые аукционы предлагают интересные схемы, например Brentwood Wine Company предлагает начинающим покупателям гибкую систему скидок в отношении buyer’s premium – начинается она с 12% и снижается на 1% за каждую тысячу долларов, потраченную на аукционе.

Другое дело – участие через интернет в аукционах, которые проводятся вживую ведущими аукционными домами. Разные дома делают это по-разному, скажем, Sotheby’s пошли по пути сотрудничества с eBay, в то время как в Christie’s решили создавать свою собственную высокотехнологичную систему удаленных торгов (Christie’s Live),  которая, в отличие от других систем, позволяет потенциальным покупателям видеть все, что происходит на аукционе в реальном времени и получать на монитор компьютера как видео, так и звук. Представленная в конце 2006 года система сразу привлекла несколько десятков тысяч покупателей из разных уголков планеты.

Раньше конечно все люди приходили на аукцион лично, постепенно мы стали использовать факсы, телефоны и вот сейчас это интернет. Мы стали более гибкими в определении времени аукционов, например, устраивая аукцион в 14.00 в Лондоне, мы делаем его удобным для участия как людей из Гонконга, так и из Калифорнии. Участие через интернет становится все более важным для наших клиентов, например, недавно мы запустили новый сервис Christie’s Live, который служит этой же цели. Люди в зале конечно тоже важны, но очень много продаж мы сейчас делаем удаленно.

 Дэвид Элсвуд, Christie’s

Почему растет цена

Понять факторы, определяющие рост цены на аукционных торгах, несложно. Прежде всего, первостепенную роль играет факт происхождения ценных бутылок, особенно в связи с так любимыми винной прессой скандалами с подделками дорогих вин. Лоты из тщательно собираемых коллекций известных коллекционеров традиционно получают максимальные оценки. Во-вторых, все большее число людей рассматривают вино именно как инструмент инвестиций, что в свою очередь толкает цены вверх. В-третьих, раритетные вина покупаются крупными корпорациями в качестве дорогого подарка VIP клиентам. Ну, а в-четвертых, рост количества страждущих отнюдь не сопровождается ростом предложения признанных топовых вин.

В работе аукционов есть интересный психологический аспект – попадая внутрь, ты как будто попадаешь в заколдованный круг, участники начинают действовать иррационально на волне возбуждения. Они хотят во что бы ты ни стало «побить» других участников, в запале они часто забывают о реальной рыночной цене этих бутылок. Кроме того, аукционы – это своего рода социальный коктейль, где «тусуются» люди определенного уровня, которым нравится осознавать себя участниками таких мероприятий.

 Лоран Эрман, Barriere Fr?res

Тактика конкурентов

Что и говорить, двумя главными соперниками в международном масштабе были и остаются винные аукционы Christie’s и Sotheby’s, оба они могут похвастаться огромным опытом аукционных продаж (в том числе и винных), качеством и количеством привлекаемых специалистов (это касается не только «отца» винных аукционов Майкла Бродбента из Christie’s и первой женщины, которая сделала себе имя на винных аукционах – Серены Сатклиф из Sotheby’s. Это касается уровня команды в целом, о чем говорит Серена. «Наш успех основан на знании членов нашей команды, что они делают и их способности добиваться исключительных результатов», – утверждает она в интервью SWN.

Похоже, что в последние годы Christie’s захватило пальму первенства, частично из-за того факта, что они проводят больше аукционов, чем их оппонент на лондонской Bond Street. «Нашей стратегией всегда было обслуживать рынок с высшего до низшего уровня через сеть аукционных компаний, расположенных по всей Европе, в Лондоне и США», – рассказывает Дэвид Элсвуд. «Мы хотим охватить рынок, проводя наибольшее количество аукционов в самых разных ценовых сегментах».

В противоположность своим конкурентам, Sotheby’s берет другим, выставляя на продажу заведомо качественные коллекции известных винных «афассионадо», которые стали появляться на аукционном рынке довольно часто. «Продажи коллекций одного владельца крайне важны», – уверено говорит Серена Сатклиф, кстати, удостоенная медали Почетного Легиона за свои заслуги. «Это потрясающий сценарий, когда получаешь в свое распоряжение коллекцию, которую можно продать целиком и сразу. Однако мы также заинтересованы и в более мелких, но не менее качественных коллекциях, которые мы можем сгруппировать вместе для продажи».

Таким образом, существует несколько стратегий поведения на рынке аукционного дома – заточенность под продажу отдельных коллекций, желание охватить наибольшее количество сегментов рынка или сосредоточенность на винах среднего ценового диапазона. Несомненно, на аукционные дома работает немало людей, постоянно выискивающих потенциальных клиентов. Путь к сердцу коллекционера иногда бывает очень непрост, а иногда для этого практически ничего не надо делать. Как мы уже видели, рассуждая о ценах, условия для продавцов сейчас намного более благоприятны, чем для покупателей, неудивительно, что многие из великолепных коллекций сами падаю в руки аукционистов. «Иногда 50-страничный список потрясающих вин просто падает тебе в почтовый ящик», – говорит Дэвид Элсвуд, «а иногда это долгое заигрывание с коллекционером, которого пытаешься «соблазнить» в течение довольно долгого времени. Конечно, очень радует, когда после таких игр получается заключить сделку, но удается это далеко не всегда, я бы оценил процент сделок как половина на половину».

Для Серены Сатклиф получить коллекцию первоклассных вин значит, прежде всего, представить сервис мирового уровня, привлечь максимальный профессионализм и знания рынка. «В итоге, все сводится к тому, чтобы убедить коллекционера в том, что вы сделаете все что в ваших силах, чтобы обеспечить ему максимальную отдачу. Вот именно тогда коллекция и попадает в ваши руки, не раньше».

Не только коммерция?

Помимо коммерческих винных аукционов в мире проводятся и аукционы благотворительные, при этом такие аукционы собирают иногда не меньше, а намного больше средств, чем их серьезные коммерческие собратья. Совершенно особым типом можно назвать американские благотворительные аукционы, коих сейчас великое множество. Вряд ли какому-то из них удастся затмить благотворительный аукциона в долине Напа (Napa Valley Wine Auction), проходящий ежегодно в конце весны – начале лета. Если хочется увидеть людей, пришедших специально, чтобы потратить миллион-другой, то вам  сюда. Отличия кардинальны – вместо быстрого темпа коммерческих аукционов – расслабленный многочасовой торг, вместо довольно элегантной, но строгой атмосферы лондонского аукционного дома – огромное количество празднично одетых гостей, добавьте к этому гастрономическую феерию от шефов ресторанов, предлагающих местные деликатесы – и картина станет более-менее полной. Сюда приходят «to show off» –  показаться себя и бросить пыли в глаза. Отбросив сантименты, можно сказать, что аукцион в Напе – один из наиболее радикальных и иррациональных способов потратить сразу много денег. Стандартный билет на аукцион, включающий участие во всех мероприятиях в течение 4-х дней облегчит карман на $2500, а то, с какой скоростью эти билеты раскупаются, говорит о многом – сразу по получении сообщения о продаже билетов многие немедленно отсылают чеки, дабы не упустить своего места в первых рядах.  В прошлом году здесь было потрачено 9,8 млн. долларов. И пожалуй, ни один человек не знает лучше, как ведет себя публика на подобных мероприятиях, чем прославленная звезда благотворительных аукционов – Урсула Хермансински, поработавшая в WineBid.com, Christie’s и Бог знает каких еще известных компаниях. Особый дар, которым должен обладать ведущий такие мероприятий, присущ ей в высшей степени – раззадоривать публику они умеет, еще как! Пожалуй, ни у кого больше аукционный молоток не смотрится в руке столь естественно как у нее, а любимая фраза «Вы выбыли!» повторяется всякий раз, когда покупатель отказывается поднять ставку еще на шаг. «Я продам этот лот вашему сопернику, потому что вы смеетесь надо мной» – бросает она и поворачивается к упирающемуся спиной. Кстати, 99% потенциальных покупателей – мужчины. «В целом я просто развлекаю людей на подиуме», – говорит Урсула. «Главное правило – никогда не пытаться заставить толпу вести себя тихо. Они заплатили деньги и пришли получить свою порцию веселья! И не стоит напоминать им, что деньги пойдут на благотворительность, они сами знаю, для чего пришли сюда». В последнее время Урсула стала заниматься управленческой деятельностью на одной из самых известных виноделен США – Screaming Eagle, чьи бутылки уходят с тех же аукционов за баснословные суммы.

Есть ли зависимость между качеством вина и ценой за лот? Скорее между этикеткой и ценой! Проверьте, я видела немало таких этикеток, практически неважно, что внутри, важно то, что написано на этикетке. Неважно, магнум это или двойной магнум – если он идет от известного производителя

Урсула Хермасински

Чем больше людей, плохо разбирающихся в вине, присутствует на таких аукционах, тем лучше для человека понимающего – некоторые интересные вина здесь можно приобрести по не менее интересным ценам, но бывает и совсем наоборот – цена на некоторые вина легко перескакивает отметку в 10-50 раз превышающую их реальную стоимость.

Благотворительность по-бургундски – Hospices de Beaune

 Винный аукцион Hospices de Beaune является совершенно особым типом аукционов. Основанный  в 1443 году Николя Роленом, он замечателен несколькими вещами – тем, что, во-первых, это аукцион фьючерсных вин, вино на аукционе дегустируется очень молодое (гораздо моложе, чем во время бордоских un primeurs), во-вторых, тем, что покупают это вино для выдержки и бутилирования в своем хозяйстве, это значит, что покупатель должен уполномочить какого-либо негоцианта приобрести определенный лот для себя, чтобы потом его выдержать и разлить по бутылкам, в-третьих, на аукционе Hospices de Beaune представлены только вина тех кюве, виноград для которых выращен на участках, дарованных Hospices de Beaune своими владельцами, среди них такие известные в Бургундии личности как, например, Морис Друан. Вино продается бургундскими бочками. Сам аукцион проходит в третье воскресенья ноября и вот уже три года этот аукцион проводится вместе с домом Christie’s. Вина, продаваемые на аукционах, называются в честь главных участников, например Corton-Docteur Peste, Beaune-Nicolas Rolin, and Mazis-Chambertin-Madeleine Collignon. Сами торги также проходят по нестандартной схеме. Допустим, если лот состоит из пяти бочек, победитель, называвший самую высокую цену, может купить то количество бочек из этого лота, которое он хочет. Если куплены не все бочки лота, то оставшиеся бочки продаются другому покупателю, но при одном условии – он должен купить все оставшиеся бочки. Цены на аукционе традиционно являются важным индикатором движения рынка Бургундии в целом, а все вырученные средства идут на поддержание работы госпиталя Hospices de Beaune. Вообще покупка на аукционе очень выгодна, так как к тому времени, когда вино выходит в свет, цена на него серьезно повышается.

Самые дорогие вина, когда-либо проданные на аукционе*

1787 Ch?teau Lafite

Christie’s, Лондон, декабрь 1985

$156 450

После того как Кристофер Форбс предложил большую ставку, чем Марвин Шенкен, издатель Wine Spectator, он получил эту бутылку для коллекции Форбс на 5-й Авеню. Хотя подлинность именно этой бутылки ставилась под сомнение (как и многих бутылок из коллекции Томаса Джефферсона), она по сей день остается мировым рекордом по цене за бутылку вина.

Эту историю хорошо описал Майкл Бродбент, который проводил тот самый аукцион в 1985 году:

«Когда цена за эту потрясающую бутылку стала приближаться к 150 000 долларов, я изменил шаг ставки (сумму, на которую постепенно повышается цена – ред.). Одним из двух оставшихся потенциальных покупателей был Марвин Шенкен, издатель Wine Spectator,  и он даже не заметил изменения шага, пока не осознал, что готов заплатить огромные деньги за одну-единственную бутылку вина. Его лицо приняло пепельный цвет, и он застыл на своем месте в переполненной комнате, среди людей, напряженно наблюдавших за этой битвой. Все замерли в ожидании шага второго покупателя, коим был Кристофер Форбс (сын Малкольма Форбса, издателя известного журнала – ред.). К величайшему облегчению Шенкена, Форбс все же сделал следующий шаг».

 «Я прекрасно помню случай с Форбсом и покупкой вина Lafite 1787 года. Он поставил это вино в своем офисе в красивую подсвеченную прозрачную коробку. Через несколько лет из-за тепла, которое исходило от лампочки, пробка этого вина высохла и провалилась внутрь бутылки. То есть, что случилось? Эта бутылка стала стоить вместо 160 тысяч долларов ровно «0». Причем, он явно покупал это вино не для того, чтобы оно пару лет простояло у него в офисе, возможно, он рассчитывал лет на 50? В этом кардинальное отличие вина от предметов искусства, картин, например. Ведь картины всегда будут находить своих поклонников и расти в цене, вино же рано или поздно превращается в уксус».

Лоран Эрман, директор компании Barri?re-Fr?r?s

1787 Ch?teau d’Yquem

Antique Wine Company, Лондон, февраль 2006
$100 000

В аукционной ценности этого сладкого Икема из семильона сомневаться не приходится. Другие топовые Икемы показывали результаты $71 675 за бутылку 1847 года и $42 504 за 1812-й (был ли это россиянин, нам доподлинно неизвестно).

1951 Penfolds Grange Hermitage
Мельбурн, Австралия, май 2004,
$50 200 австралийских долларов (около $38 420)

Все мы помним конспиративную историю Penfolds Grange и героическую фигуру Макса Шуберта, который тайно создал вино, которому было суждено стать главным символом нового австралийского виноделия. История победы Шуберта над менеджментом Penfolds недешево обошлась покупателю этого вина.

1947 Cheval Blanc (3 литра)
Vinfolio, Сан-Франциско, июль 2006
$135 125

Вино из Сент-Эмильона, основанное на сорте каберне фран, по словам Майкла Бродбента, все еще живо и довольно энергично себя демонстрирует. 47-й год был крайне сухим и жарким.

1945 Ch?teau Mouton-Rothschild
Christie’s, Лос-Анджелес, сентябрь 2006
$28 750 ($345 000 за 6 магнумов)

По оценкам Бродбента, 45-й год был одним из лучших винтажей XX века, он поэтично называет это вино «победно обволакивающим». Тогда Ch?teau Mouton-Rothschild еще был вторым гран крю, а не первым, как сейчас. Если это вино настолько живуче, как утверждает главный идеолог Christie’s, то хорошо бы всем нам обладать подобным здоровьем.

1978 Montrachet Domaine de la Roman?e Conti
Sotheby’s, Нью-Йорк 2001
$23 929

По данным www.winesearcher.com ящик этого вина в Лондоне сегодня можно запросто приобрести за 93 600 евро, т.е. по 7800 за бутылку. Остается загадкой, почему так популярен именно этот год, вина DRC этого года можно встретить самого разного качества – от великолепных, до вполне себе увядших.

1934 Domaine de la Roman?e Conti
Hart Davis Hart, Чикаго, июнь 2006
$20 145

DRC Duvault-Blochet – это первое крю, сделанное только из винограда с микровиноградников гран крю класса, это вино производилось всего три года 1934, 1999 и 2002. А оценки, даваемые ему критикам, только подстегивают цены.

1941 Inglenook Cabernet Sauvignon Napa Valley
Zachys, Лос-Анджелес, октябрь 2004

$24 675

У этого вина есть, по крайней мере, один ярый поклонник – Фрэнсис Форд Коппола. «Это одно из моих любимых вин», – так он описывает рекордсмена среди калифорнийцев. «Во времена сражения Перл-Харбор оно только заканчивало ферментацию».

2003 Domaine de la Roman?e Conti, Roman?e Conti
$4 650

За вино DRC с этого виноградника идет настоящая борьба, и большой кредитный лимит здесь не помощник.  Виноторговые компании приберегают эти бутылки только для лучших клиентов.

2005 Ch?teau P?trus

$3 176

Сейчас цена на бутылку этого вина стартует от 5 000 долларов. Несмотря на то, что в фильме Sideways мерло выходит из моды, заполучить ящик этого вина под силу лишь избранным. Попробуйте сами.

*Данные Forbes Traveler, 2003

Тренды на будущее

Если еще полгода назад винная пресса задавалась вопросом, как долго будет править бал «рынок быков», а итоги 2007 года удивляли всех, то сейчас можно быть более осторожным в оценках перспектив аукционных домов особенно в связи с рецессией на рынке США. Будут ли коллекционеры столь же активны – вот в чем вопрос. Возможно, слабый рынок США будет компенсироваться спросом из азиатских стран и России? Это очень даже вероятно, особенно за счет быстрорастущих азиатских рынков. Главы винных департаментов также отмечают заметную активность россиян в своих аукционах. Заметную, но пока недостаточную, чтобы стать серьезной тенденцией. Глобальность аукционных домов может стать хорошим буфером, защищающих их от локальных встрясок. «Я не думаю, что что-то может серьезно измениться на рынке, пока не случится что-то действительно  серьезное. При условии наличия больших денежных масс и нашей способности находить великолепные коллекции на продажу, я думаю, рынок будет продолжать расти в ближайшем будущем».

С этим не приходится спорить – 27 февраля 2008 года правительство Гонконга, одного из крупнейших финансовых центров Азии, отменило импортные пошлины на вино и пиво, чем вызвало невиданный подъем активности среди импортеров и продавцов вина (тарифы на ввоз алкоголя снизились с 80% сначала до 40% в 2007-м и вот теперь – до нуля). Не дремлют и аукционные дома – два из них (Bonhams & Butterfields и Acker Merrall & Condit)  почти мгновенно отреагировали заявлением о запуске аукционов в Азии.  Аукционные дома не зря попридержали несколько коллекций для продажи именно здесь – первые торги могут принести астрономические деньги как коллекционерам, продающим свое вино, так и аукционным домам. Телефоны виноторговых компаний разрываются от звонков клиентов, жалеющих зарезервировать себе долю ввозимого в ближайшем будущем вина. По словам ведущих импортеров в самое ближайшее время каждый из них завезет сюда вино на сумму от 500 тысяч до миллиона долларов. И это только начало.

Время покажет, насколько устойчив спрос на винные раритеты и насколько глобальный рынок готов побить поставленные в 2007-м рекорды, коих было великое множество – по обе стороны Атлантики.

Винные аукционы перешли на международный уровень. Высокие цены на редчайшие вина резко пошли вверх, во многом благодаря приходу новых покупателей с развивающихся рынков, воодушевленных винной идеей. Аукционные предложения, в свою очередь, поляризовались, собрав очень дорогие вина наверху и в то же время предоставляя покупателю возможность выгодно приобрести вина хорошего среднего уровня по привлекательной цене.

 Серена Сатклиф, Sotheby’s

Десятка бестселлеров за 2007 г., Sotheby’s

Важной тенденцией винных аукционов стало резкое увеличение участников из Азии, число которых для Sotheby’s достигло 50% от всех участников, при этом составляя 39% по объему сделок.

 

Вино	Цена *	Категория покупателя
Ch?teau Mouton Rothschild 1945  (1 жеробоам)	$310,700	Анонимный
Roman?e Conti 1990 (12 бутылок)	$262,900	Частный клиент / Азия
Ch?teau Cheval Blanc 1947 (12 бутылок)	$146,429	Частный клиент / Азия
Roman?e Conti 1989 (12 бутылок)	$143,400	Частный клиент / Азия
2000 Great Growth Superlot (84 бутылки)	$143,400	Частный клиент / Америка
Roman?e Conti 1967 Domaine De La Roman?e Conti (12 бутылок)	$119,587	Частный клиент / Северная Америка
Ch?teau Mouton Rothschild 2000 (1 навуходоносор)	$119,500	Анонимный
Ch?teau P?trus 1961 (10 бутылок)	$117,435	Частный клиент / Азия
2000 Right Bank Horizontal Lot (24 бутылки)	$95,600	Частный клиент / Азия
Ch?teau P?trus 1982 (6 магнумов)	$94,852	Частный клиент / Азия

* Указана цена без учета «наценки покупателя» и налогов

По данным Sotheby’s

Десятка бестселлеров за 2007 г., Christie’s

Вино	Цена *
Ch?teau Mouton Rothschild-Vintage 1986, 30 ящиков	$288 000
Roman?e-Conti, Domaine de la Roman?e-Conti -Vintage 1990, 12 бутылок	$252 000
Roman?e-Conti, Domaine de la Roman?e-Conti -Vintage 1990, 12 бутылок	$252 000
Hermitage, La Chapelle, Jaboulet – Vintage 1961, 12 бутылок	$252 000
Hermitage, La Chapelle – Vintage 1961, 12 бутылок	$247 747
Roman?e-Conti, Domaine de la Roman?e-Conti -Vintage 1985, 12 бутылок	$240 000
Roman?e-Conti, Domaine de la Roman?e-Conti -Vintage 1985, 12 бутылок	$237 000
Hermitage, La Chapelle – Vintage 1961, 12 бутылок	$225 225
Roman?e-Conti, Domaine de la Roman?e-Conti -Vintage 1990, 12 бутылок	$216 000
Ch?teau Mouton Rothschild -Vintage 1945, 12 бутылок	$204 000

По данным Christie’s

* Указана цена без учета «наценки покупателя» и налогов

Крупные продажи частных коллекций:

1. Коллекция американского бизнесмена (Acker Merrall & Condit, 2006 $24,4m)

Если кто-то и мог бы утверждать, что обладает «доказано лучшей коллекцией вин на Земле», так это Руди Курниаван, основатель компании The Terroir Company, которому только недавно стукнуло 30. В винных кругах его домашняя коллекция известна просто как «Винный Погреб». Предлагаемая на аукционе коллекция состояла из 2271 лотов с настолько звездными именами, что результат аукциона превысил предыдущий рекорд аж на 10 миллионов долларов. Интересно, сможет ли в обозримом будущем кто-то еще поспорить за первенство?

2. Millennium Sale (Sotheby’s, 1999, $14,4m)

В течение аж 7 лет рекорд по продажам коллекции норвежского бизнесмена Кристена Свеаса не мог побить ни один коммерческий аукцион. Коллекция вин из 48 тысяч бутылок была распродана за два дня, побив все предыдущие рекорды. Между прочим, сам Свеас установил предыдущий рекорд, выставив на продажу 19 тысяч бутылок на аукционе Christie’s в Лондоне в 1997-м. Тогда результатом стали 11,3 миллиона долларов.

3. Коллекция анонимного продавца (Zachys, 2005, $9,7m)

Частные коллекционеры нечасто афишируют свои имена, особенно, когда на кон выставлены такие образцы вин как Ch?teau Lafite Rothschild и Ch?teau Latour – оба 1865 года, 27 винтажей Ch?teau d’Yquem, начиная с 1811 и заканчивая 1997-м и крайне редко встречаемые Domaine de la Roman?e-Conti вплоть до 1929 года. 93% этой коллекции были распроданы за два дня в Нью-Йорке. 17 000 раритетных бутылок обрели новых владельцев. 

4. Коллекция Рассела Фрая (Sotheby’s, 2006, $7,8m) 

Впечатляющая коллекция американского бизнесмена и активного участника винного рынка Рассела Фрая, состоящая из 8 500 бутылок из Бордо, Бургундии, Роны и Калифорнии. Наибольшим спросом пользовались двойной магнум Ch?teau Lafite 1865 и ящик Domaine de la Roman?e-Conti 1989, проданные за $111 625 каждый анонимным покупателям по телефону.

5. Коллекция Эндрю Ллойда Вебера (Sotheby’s, 1997, $6,1m)

Известный композитор Эндрю Ллойд Вебер снова показал всем, как быть успешным. Два выступления мастера привлекли в столицу Туманного Альбиона немало коллекционеров. На аукционе было представлено 18 000 бутылок.

6. Частный погреб Баронессы Филиппины, (Sotheby’s, 2007, $2,2m)

Один из примеров, как может быстро заработать шато на своих старинных запасах. 206 лотов из Ch?teau Mouton Rothschild и небольшое количество других топовых Бордо, хранимых в подвалах баронессы, были выставлены на продажу в сопровождении экспозиции картин, специально выписанных для сопровождения грандиозного действа. Естественно, продажа 100% лотов по ценам, намного превышающим смелые оценки аукционистов, никого не удивила.

7. Погреб бывшего президента Франции Франсуа Миттерана (Drout 2005, $22 000)

Этот аукцион наглядно показывает, что вовсе не все они способны принести своему владельцу сумасшедшие прибыли – и даже известная личность не является большим помощником в этом деле, хотя многие бутылки и ушли за цену, вдвое превышающую их начальную стоимость. Проблема коллекции Миттерана состояла в том, что вина собирались практически случайным образом и чаще всего не ящиками – а по одной-две бутылки. Как прокомментировали позже устроители аукциона, многие люди в зале пришли туда только потому, что им была интересна история. Сам Миттеран часто был замечен в употреблении кока-колы, а дома, говорят, пьет в основном воду.

8. 4 аукциона Массандры (Sotheby’s, 1990,1991, 2001, 2004; в 2004-м – $300 000)

Редкая птица на просторах международных винных аукционов – вина, имеющие прямое отношении к российской истории. С 1991 года вина Массандры приобрели определенную известность и четырежды выставлялись Sotheby’s на аукцион. Однако постепенно интерес к винам Массандры угас, возможно, в связи с общим спадом интереса к сладким винам, отмечающемся на мировом рынке. На аукционе 2004 года из 522 лотов было раскуплено всего 195, что даже меньше одной трети. Бутылка вина «Портвейн красный Ливадия» урожая 1894 года продана азиатскому покупателю за 5741 доллар.

АМ